Слово о милицейской разведке. Часть 2

Этот материал был подготовлен к печати более 20-ти лет назад и пролежал неопубликованным в силу понятных причин. Конечно же, есть вещи, которые даже сегодня хранятся под грифом «секретно». Но, думаю, было бы несправедливо не рассказать по прошествии стольких лет о судьбах людей, отдавших годы жизни борьбе с преступностью. Работы невидимой. Пусть негласной и тайной, но очень необходимой… Читатель сам вправе сравнить время, о котором пойдет речь в повествовании, с нынешним, провести параллели, если таковые имеются. Мой собеседник в прошлом - начальник управления криминального поиска УМВД в Николаевской области, а проще - милицейской разведки. Сегодня - вторая часть статьи.

В 1974 году Александр Михайлович окончил Киевскую Высшую школу МВД СССР. Через полгода перевелся в Псков, где пять лет проработал заместителем начальника отдела милицейской разведки. С годами приходил опыт, оттачивалось профессиональное мастерство разведчика.

Александр Михайлович вспоминает, как вместе с подчиненными в течение суток держали под наблюдением объект в лесу, в Латвии. Была получена оперативная информация о том, что неоднократно судимый преступник собирается убить священнослужителя и ограбить церковь. А вот где конкретно он задумал сделать это, - и предстояло установить сотрудникам службы. Подозреваемый вел себя крайне осторожно. На трассе Псков - Рига, остановил попутку и поехал в сторону Латвии. Проехав километров 50, вышел из машины и пешком пошел по лесу. Вот представьте себе ситуацию, когда в лесу уже глубокой ночью надо было не только не упустить преступника из вида, но и контролировать каждый его шаг, да еще при этом ничем себя не выдать. Ведь случайный шорох или звук сломанной ветки могли выдать присутствие. Шли скрытно, а зачастую передвигались ползком. Так и доползли до территории Латвии, и уже когда перешли условную границу, стало ясно: преступник намеревался совершить ограбление старинной церквушки в приграничной деревеньке. Лишь благодаря умелым действиям разведчиков этому умыслу не суждено было сбыться: преступник был задержан при попытке совершить ограбление.

…Потом была учеба в Москве в Академии МВД, а затем - направление на работу в Николаев. Сказать, что все было гладко в службе, - значило бы покривить душой. Всяко было: и безответственность подчиненных и грубые нарушения конспирации, порой граничащие с провалом. Хотя это были и единичные случаи, но каждому из них Александр Михайлович всегда противопоставлял требовательность к себе и подчиненным, высокую дисциплину в подразделении. Многие не выдерживали и уходили. «Слишком уж крут и требователен!» поговаривали. Он таких никогда не жалел: слабым духом не место в разведке. Служба такая, что сама требует железной дисциплины, слишком уж велика ставка… Ведь одно неосторожно оброненное слово или  необдуманное действие могут стоить жизни не только одному разведчику, но и его товарищам.

Отбор в службу жесткий. Кроме многочисленных спецпроверок, кандидата тщательно протестируют на наблюдательность и даже на щепетильность, - ведь в такой работе важна каждая мелочь и деталь. Например, надо разбираться в марках отечественных и зарубежных автомобилей, уметь правильно «читать» их номера. Кандидат в службу должен быть готов практически ко всему. Ведь придя утром на работу, к обеду мог оказаться в любой точке бывшего Союза: поездом или самолетом. Служба криминального поиска всегда выигрывала своей оперативностью и быстротой, взаимопомощью подразделений по всей территории огромной страны. Существовали негласное правило и традиция, определяющие честь подразделения: если через твою территорию идет «транзитный груз» (т. е.  криминальный объект, за которым ведется негласное наблюдение), необходимо подключаться к операции и оказывать всестороннюю помощь и содействие своим коллегам-разведчикам из других областей. Во времена существования СССР приходилось за сутки на машине «сопровождать груз» от Николаева до Ленинграда, например.

* * *

…Наш разговор прерывают два великовозрастных балбеса, чьи лица абсолютно не отягощены интеллектом. Внешний вид парочки сомнений не вызывает никаких: это «нарики» со стажем, а отмороженная речь одного из этих существ лишь подтверждает эту догадку.

- Пацаны! В натуре курыть нема? - следует далее чисто николаевское словосочетание. Видно, оба под кайфом. Ко всему один из них пытается присесть за наш столик.

Собираюсь уже схватить молодца за шиворот со всеми вытекающими для него в отделении милиции последствиями, однако, вспоминаю, что я не один - со мной как никак начальник разведки, хоть и бывший. Журналистский интерес берет верх, - наблюдаю за реакцией своего визави. И она себя долго не заставила ждать: целая тирада негромко произнесенная в адрес незваных гостей на чистейшей «фене» (!), вмиг преобразила недавно мирно беседующего гражданина в по меньшей мере тянувшего не один срок рецидивиста. Видимо, это подействовало несколько отрезвляюще, - «наркоши» поднимаются и уходят. И тут же на моих глазах вновь происходит уже обратное перевоплощение: от грубого и жесткого тона моего собеседника не осталось и следа!

- Этому тоже пришлось поучиться, - ловит мой недоуменный взгляд Александр Михайлович. - Общаться приходилось со всякими людьми, в разной обстановке, - и, провожая взглядом «наркопарочку», с горечью добавляет: «До чего дожили! В открытую ходят и ничего не боятся! Недавно иду домой и вижу - трое малолеток прямо на улице, в закуточке, под деревом разожгли костер и готовят свое «варево»!

Борьба с наркоторговлей - отдельная тема.

- Помню, провели силами спецподразделения широкомасштабную операцию в Веселиново, - вспоминает мой собеседник. Тогда, в начале 80-х, в этом районе были огромные посевы конопли. Получили информацию о том, что проживающие в этом райцентре некие братья Ч. наладили почти что промышленное производство, изготовление и сбыт гашиша. Перед нашей службой была поставлена задача: выехать в район, изучить оперативную обстановку, выявить лиц, занимающихся заготовкой, продажей гашиша, задокументировать такую преступную деятельность местных наркодельцов. Во все тонкости вдаваться не буду, но скажу, что буквально через два дня работы мы уже «вышли» на всех членов преступной группировки братьев Ч. Всего в группе было пять человек, передвигались они по всему району на машинах, занимались тем, что собирали по полям сырье конопли, делали гашиш, а затем продавали его как в сыром виде, так и в набитых и готовых к употреблению папиросах. Преступники вели себя крайне осторожно, а наша работа осложнялась еще и тем, что вести постоянное наблюдение за ними было практически невозможно: ночью нас выдавал свет автомобильных фар, а днем шлейфы пыли от машин на проселочных дорогах. А ведь нам надо было установить точные маршруты передвижения наркодельцов. Пришлось делать стационарные закрытые посты наблюдения в скирдах, лесопосадках, в лощинках. Делали это так профессионально, что члены банды и не подозревали, что их преступные действия подробно фиксируются на видеопленку с расстояния буквально 10 - 15 метров! По ночам члены банды приезжали на конопляное поле и счищали с комбайнов пласты конопляной пыльцы. Как правило, давали сторожу деньги, чтобы тот «ничего не видел». Собирали гашиша столько, что не успевали даже продавать его весь наркоманам, остатки «закатывали» в 3-литровые бутыли и закапывали в лесопосадках «про запас», чтобы продать позже. Выявили мы и подпольный мини-цех по производству набитых гашишем папирос: он находился в одном из полуподвальных помещений в центре Веселиново. Зафиксировали также сбыт крупной партии конопли специальным наркокурьерам из Одесской области. Установили также, что у преступников имеется и огнестрельное оружие - пистолет, а вот где он хранится, сразу найти не могли. Однако и это вскоре нам стало известно благодаря применению специальной оперативной техники…

В дальнейшем все члены группировки получили большие сроки, а я с тех пор все поля вокруг Веселиново с закрытыми глазами могу пройти и подробную карту составить, - смеется разведчик…

* * *

2 января 1988 года город потрясло резонансное убийство. В своей квартире по ул. Колодезной был зверски убит известный в городе антиквар Г. Старик всю жизнь собирал старинные иконы, монеты - в его коллекции имелись редчайшие нумизматические экземпляры. Труп несчастного обнаружили лежащим в луже крови, в коридоре. Из квартиры, кроме коллекции монет и икон, пропали старинные серебряные украшения. Следствие выдвинуло несколько версий происшедшего, в т. ч. и такую, что убийство совершил кто-то из родственников или близких знакомых антиквара, т. к. по показаниям соседей он никому из посторонних дверь не открывал. «Наружка» приняла под негласное наблюдение всех родственников убитого - возможно, появится хоть какая-нибудь зацепка… Так оно и вышло. Вскоре установили некоего З., ранее судимого, по оперативным данным, он мог быть причастен к убийству. Взяли его под плотное наблюдение. Параллельно поступила агентурная информация о том, что двое неких граждан (один из которых также ранее судим) предлагают купить у них похищенные иконы. Наблюдение показало, что действует хорошо организованная группа преступников…

В один из январских дней к дому З. подъехало такси, из него вышли трое хорошо одетых мужчин и вошли в квартиру. Не прошло и пяти минут, как из подъезда вышел З., и, озираясь по сторонам, направился к стоящему во дворе дома сараю. Недолго повозившись с замком, вошел внутрь, а через пару минут, защелкнув тяжелый амбарный замок, направился обратно к дому. Только вот теперь в руках у З. был небольшой чемоданчик. Все это фиксировалось нашими сотрудниками на видео… А примерно через полчаса уже вся троица, выйдя из квартиры, куда-то направилась на такси, не подозревая о том, что их «ведут». Оперативное чутье подсказывало: вышли на предполагаемых убийц, а в чемоданчике - похищенные ценности. Между тем такси направилось в район Лесков, вскоре машина остановилась, и пассажиры, поспешно расплатившись с водителем, стремительно вошли в подъезд девятиэтажки. Ситуация складывалась для разведчиков неблагоприятная. Интуиция подсказывает - вот они, преступники с уликами, бери их, как говорится, тепленькими. Однако правила конспирации запрещают сотрудникам службы делать это, - задерживать должны опера розыска. Но не задержи их сейчас, «на горячем», неизвестно, где их потом опять искать, - войдут в какой-нибудь подъезд многоэтажки, опять жди, выслеживай их! Снова время упустишь! Поэтому было принято решение о задержании преступников своими силами, без работников уголовного розыска или «Беркута», как это делается обычно. Окрик сотрудника разведки «Стоять на месте! Милиция!» застал убийц врасплох… Когда вскрыли чемодан, глазам разведчиков предстала полная коллекция похищенных вещей. Так бы и «ушли» ценности, если бы не сотрудники службы криминального поиска.

* * *

Местная пресса подробно описывала ход судебного процесса по делу некоего водителя-насильника. Напомню, вкратце, суть дела. В городе стали пропадать молодые, привлекательные девушки и женщины. Позже их трупы со следами надругательств находили в лесопосадках в округе Николаева. Причем у всех убитых были сняты украшения, а из ушей жертв преступник вырывал золотые сережки. Поскольку трупы находили в разных районах городских окраин, то у сыщиков возникла версия о том, что предполагаемый убийца имеет в своем расположении личный или же служебный автомобиль. Дни и ночи напряженной работы позволили подтвердить эту версию, и милиционеры «вышли» на некоего Ц., работавшего водителем в одной организации. Имелись все основания подозревать его в совершении этих зверских преступлений. Однако для полного изобличения преступника требовались неопровержимые доказательства. И тогда к делу подключили милицейскую разведку. Первым этапом многоходовой оперативной комбинации стала незаметная установка в автомобиле Ц. прослушивающего устройства. Именно устройства, а не «жучка». В то время у милиции не было нынешней современной техники, поэтому разведчикам пришлось проявить максимум оперативного мастерства, чтобы водитель не смог обнаружить в салоне своей «Волги» посторонний предмет размером, примерно, с блок сигарет. Таким образом, оперативники могли контролировать все разговоры, которые предполагаемый водитель-убийца мог вести со своими будущими жертвами. Но это было лишь полдела. «Наружка» решила заставить Ц. раскрыться полностью и обнаружить себя. А для этого придумали вот что.

- Мы уже несколько дней вели наблюдение за Ц. и установили, что он подвозит женщин, голосующих возле обочины дороги, - продолжает свой рассказ Александр Михайлович, - причем предпочтение отдает тем, у кого дорогая одежда и много золотых украшений. По пути, подвозя женщин к их домам, Ц. представляется работником фирмы, которая производит ремонт квартир и торгует стройматериалами. Предлагая женщинам свои услуги в этом, Ц. без проблем получал от них номера телефонов и договаривался о будущей встрече. Страшные находки в лесопосадках «говорили» нам, чем заканчивались такие встречи. Большинство женщин верили всему, что говорил Ц. А некоторые из них к тому же были и сами не прочь продолжить с ним знакомство. Естественно, мы сделали так, что когда Ц. звонил своей очередной новой знакомой (читай будущей потенциальной жертве) с предложением о свидании, - к телефону никто не подходил. Решено было также подсадить к нему в машину нашу сотрудницу под видом женщины легкого поведения, чтобы преступник «клюнул». Но оказалось, что ранее, до работы в гражданской организации, Ц. сам служил в милиции, работал водителем. Это обстоятельство могло все испортить - он мог опознать «подсадку». Тогда мы обратились к… жене одного из наших сотрудников с такой необычной просьбой. И она согласилась сыграть такую роль. А ведь не каждый добровольно пойдет на такой риск: сесть в машину к убийце в качестве возможной жертвы. Мало ли что может произойти! Может быть, тогда сыграло роль то обстоятельство, что этот самый Ц. убил и расчленил труп ее знакомой (представьте такое стечение обстоятельств!). В общем, гадать не берусь, но согласие ее на участие в операции мы получили. Единственное условие у нее было: чтобы не узнала мама! Кстати, до сих пор не знает, и слава Богу! Естественно, Галину, назовем ее так, надо было соответствующим образом экипировать. Мы приодели ее в дорогую дубленку, почти на каждом пальце были массивные золотые кольца и перстни, в ушах - серьги с бриллиантами. В общем, клюнуть должен, решили мы. К тому же в руки Галине дали простую сетку-авоську с двумя банками клея «Бустилат» и рулонами обоев - это был тонкий психологический расчет на то, что преступник должен «клюнуть» на все 100 процентов, - ведь предлагал же он всем своим знакомым услуги по ремонту.

Дальше, как в кино, - Галина останавливает машину Ц. на трассе, садится, называет адрес, и они едут, болтают о том о сем… Мы слушаем всю беседу и записываем. Между тем убийца подводит разговор к своей основной цели знакомства: берет номер телефона, договаривается о встрече. Муж Галины, находившийся в машине наблюдения, только тогда вздохнул с облегчением, когда супруга благополучно вышла из «Волги» уже возле дома. Позже, когда Ц. был арестован, у него изъяли записную книжку с обильным перечнем телефонных номеров и имен своих будущих жертв. Напротив имени Галина стоял номер нашего подставного телефона и жирный крест карандашом. На допросе Ц. показал, что именно таким образом он помечал жертвы, которые хотел ограбить и убить в первую очередь… Ц. был полностью изобличен в совершении целого ряда убийств, суд приговорил его к расстрелу. А немаловажную роль в сборе доказательств его вины сыграли и добытые сотрудниками милицейской разведки и… Галиной».

Вот такая история, а выводы пусть делает сам читатель: надо ли было рассказывать подобные эпизоды из жизни сотрудников службы криминального поиска или нет… Думаю, что да, из-за того, хотя бы, чтобы поблагодарить этих людей за их работу и службу, пускай невидимую и незаметную для окружающих, но такую нужную для всех нас…

* * *

Когда материал был готов к печати, разведчик, который раньше задавал мне вопрос о целесообразности публикации, сам позвонил мне и сказал: «Кстати, даю «наколку»! Думаю, как раз в тему статьи будут такие слова классика: «Поскольку большинство преступлений совершаются тайно, то раскрывать их нужно тайными средствами». Напиши об этом, пожалуйста!..»

Что я и делаю…

           Июнь 1998 года.