пятница

22 февраля

2019 г.

Сообщить новость

25-Mar-2014 ..... 18:38 .....

Южная правда, 25 марта .....

КУЛЬТУРА (статья)

Трудная судьба Красного дома

В конце XVIII столетия на строительство военной верфи и города Николаева потянулись многие: военная интеллигенция, представители аристократии, богатые купцы, авторитетные иностранные специалисты. Они приехали из разных городов Российского государства, из европейских стран, где давно и умело чередовались рабочие и праздничные дни.
Иногда первые годы строительства Николаева описывают в таких черно-серых красках, будто все (и иностранцы в том числе) не имели ни дня, ни часа свободного времени. И день, и ночь, мол, только и думали о военных кораблях да военных походах. Но даже один фрагментарный рассказ может опровергнуть подобные утверждения. «Около роскошно убранной ставни Г. Потемкина каждый вечер гремел громаднейший оркестр под управлением Сарти, устраивались праздники и пиры, тянувшиеся непрерывно по целым неделям...»; «...Еще не рассвело, как все уже танцевали под звуки двух оркестров» и т. д. Известный итальянский композитор Д. Сарти (1729 - 1802), приехавший по контракту в Николаев, обслуживал «обеды и рауты, сменявшиеся балами», в молодом городе играл оркестр в 300 человек, меняясь по очереди с хорами русских песенников и оперных певцов и певиц.
Уже в первых учебных заведениях города работали свои театры, кружки. Директора штурманского училища, адмирала графа М. Войновича называли ревностным поборником театра. Вслушаемся в его необычный приказ: «Театральные зрелища приемлются всеми просвещенными народами к умягчению сердец человеческих и на исправление и назидание нравов и обычаев...». Здесь же он объявлял «одобрения и похвалу» всем тем, кто покровительствовал и помогал этому важному искусству - «на предбудущие времена всячески рекомендую!»
Недавно Европа отметила дату - 340 лет назад, в 1673 году, в Венеции (Италия) открыл свою сцену первый оперный театр. А прообразы современного балета, которые объединяли танец с музыкой, известны еще с 1581 года. При парижском дворе Екатерины Медичи такие вечера не были редкостью. Уже в те далекие времена посещение необычных спектаклей стало признаком хорошего воспитания и образования в обществе. Не случайно князь Потемкин и его последователи приглашали в Николаев известных своей высокой культурой и искусством оперных певцов, композиторов, актеров.
В краеведческих источниках судьба местных театров исследуется давно. Но уже столетие остается загадочной судьба «Лебедевского театра» - так его называли горожане. Здание до сих пор стоит на квартале четырех улиц - Московской, Б. Морской, Советской и Спасской. Сегодня удалось по архивно-музейным документам и воспоминаниям известных старожилов (Е. Разинкина, супругов Ковалевых, Н. Иванова, Ю. Барзова и др.) найти некоторые страницы биографии нереализованного оперного театра Николаева.
Конец XIX - начало ХХ столетия для нашего города был наполнен многочисленными гастрольными событиями. На сценах поражали своим искусством знаменитости, давно снискавшие мировую славу. Благодаря специальным постоянным рубрикам, которые вели местные журналисты («Театральная и музыкальная жизнь» и др.), горожане были знакомы с российскими и европейскими талантами времени.
Семь концертов оперного певца Ф.Шаляпина, его выступление с не менее знаменитым Л. Собиновым публике пришлось по душе. Незабываемы гастроли императорского Московского Большого театра с его солистами В. Петровым, Е. Подольской и другими «прошли с блестящим художественным успехом». 1900 год поразил необыкновенным оперным спектаклем «Катерина» Н. Аркаса. Игра малороссийских актеров (руководитель М. Кропивницкий) потрясла город: «театр рыдал», зал был оглушен «нестихающими аплодисментами тысячной публики». В то время в Николаеве проживало около 85400 человек.
Шли годы, город быстро разрастался. Старый театр постройки 1881 года давно не отвечал запросам общества. Постоянные ремонты и переделки в нем не устранили сквозняков и холода в помещениях. Уже через 2 - 3 спектакля актеры тяжело болели, элитную публику не спасали роскошные шубы, пышные меха и теплая обувь. Общество негодовало.
В 1910 году численность населения города составляла 104,5 тысячи человек. Разговоры о собственном хорошем драматическом и оперном театрах не утихали. В эти годы и началась необычная история, похожая на детектив. Местные журналисты писали, что в ней «сломали себе шею три человека» - Н. Лебедев, Г. Властелица и Б. Варшавер.
О Н. Д. Лебедеве мало известно. Актер, режиссер и постановщик модных в то время пьес («Гроза» Островского, «На дне» Горького и др.) впервые гастролировал в Николаеве осенью 1906 года. Приехал из Херсона, где арендовал городской театр. В мае 1910-го «Русская опера Н. Д. Лебедева» пришлась по душе николаевским знатокам искусства.
Очевидно, в эти годы уже шли переговоры хорошего организатора из Херсона с николаевскими меценатами Г. А. Властелицей и Б. Е. Варшавером. О Борисе Ефимовиче Варшавере (1868 - 1912-1913 гг.) довольно скудные сведения. Кандидат права, опытный юрист (стаж 25 лет). В Николаеве служил в различных ведомствах (кредитное общество, биржевой комитет, промышленные предприятия). Консультант присяжных поверенных, член распорядительной комиссии при обществе, которое занималось благотворительностью ночлежных домов, тюрем.
О биографии Георгия Антоновича Властелицы (ср. XIX ст. - после 1917г.) можно написать целую книгу. Почти в каждом номере газет его времени можно было встретить это имя. Купец 2-й гильдии, финансист, вице-консул Сербии. В 1910 г. «Николаевская газета» поместила его фото и рассказ об общественной работе. Имел несколько образований (Новороссийский, Киевский и Московский университеты). Среди них - и медицинское. Его имя упоминается среди артистов самодеятельных театров. Многие годы его знали как депутата (гласного) гордумы. Властелица активно работал над городскими проблемами: санитарного состояния, чистой воды, оздоровления жителей... Был издателем-редактором газеты «Новороссия». Наследовал 125 тысяч рублей торгового капитала, имел недвижимость, занимался торговлей сельскохозяйственных орудий труда. Многие считали, что с конца XIX - в начале ХХ столетия в его руках были сосредоточены все рычаги экономической и финансовой власти города. Принимал участие в работе (председатель, заместитель, член) почти всех николаевских обществ. Владел крупными складами в Одессе, Вознесенске и многих других городах.
Вот такие разные люди приняли участие в строительстве театра в Николаеве. На торгах Кредитного общества на имя Н. Д. Лебедева приобрели земельный участок (Московская - Спасская). Это была земля, доставшаяся в наследство купцу Н. Леппаве. Вскоре он разорился, пропил залоговые деньги и умер. Его бывшее владение продали за 37 тысяч рублей.
Уже к 1910 году городская управа активно обсуждала план застройки квартала. По утверждению Ю. С. Крючкова, этот проект разработал Л.Л. Родэ. Опытный городской архитектор был хорошо известен в Николаеве (постройки яхт-клуба, новой городской библиотеки и др.). Предполагалось часть зданий квартала снести, а выход нового театра устроить на улицу Соборную (ныне Советская). Здесь планировались трехэтажный пассаж, главный вход в театральные ложи и партер. Красивый же модерный фасад должен был строиться на ул. Московской. Тщательно были продуманы все детали - переплетения, разные по форме гирлянды, вазы, фонари, парные сфинксы и грифоны. Наверху, над фасадным входом, должна была стоять скульптура стоящего в полный рост Аполлона и сидящих у его ног муз. Две красивые скульптуры лежащих львов встречали бы каждого зрителя. Одни предлагали их выкупить у семьи Аркасов, другие ссылались на то, что их несложно привезти из Италии. Меценаты гарантировали выделение средств на современную движущую сцену, подземные полы, различные устройства для декораций и т. д. Кроме оперного и драматического, в проекте заложили большие концертные и танцевальные залы. Одним словом, в Николаеве реализовался необычный театр.
Стройку начали весной, в апреле 1911 года. Наблюдение вел инженер-подрядчик Я. А. Поляков. При закладке фундамента вынули около 800 саж.3 грунта. Работа спорилась. Яркое здание из красивого красного кирпича контрастно выделялось среди соседних сооружений, построенных из серо-желтого ракушняка. Не случайно до конца ХХ столетия николаевцы его так и будут называть: Красный дом.
Организаторы торопились. В планах было приурочить открытие Красного дома к началу театрального сезона 1912 - 1913 гг. Актеры готовили спектакли, зрители ждали встречи с новыми звездами театрального искусства. Все видели, что до завершения строительства оставалось менее полугода. Местная пресса постоянно информировала город о ходе работ, доставке отделочных материалов, о заказанной мебели и декорациях.
...Приезд в Николаев судебного следователя по особо важным делам А. Я. Головковского стало полной неожиданностью. 6 апреля 1912 г. Г. Н. Властелица был взят под стражу. Аресту подверглись не только устроители нового театра, но и сотрудники банка, члены его правления. Югом покатились волны разгоревшегося скандала, который назвали «панорамой в Панаме»». А некие Карпов и Теплов, несмотря на то, что до вынесения решения суда еще оставалось три года, поспешили издать целую книгу «Властелициада» (Николаев, 1913). «Подсуетились» так быстро, что забыли обозначить даже свои имена и отчества. Но зато с упоением обличали всех. И рассказывали, как подследственные «...тонут в море материалов... процесса»!
Удар был страшным. Требования дачи показаний и арест на несколько часов сломали судьбу Н. Д. Лебедева. Он долгое время не мог прийти в себя. В те месяцы в городе носились слухи то о его депрессии, то о помутненном разуме.
Инженер Я. Л. Поляков, вложивший в строительство весь свой капитал, опыт, труд и умение, оказался полностью разоренным. С этого времени, сокрушались современники, для него «все прахом пошло». Есть предположение, что Б. Е. Варшавер, не выдержав следствия и обвинений, умер где-то в 1912 - 1913 гг.
Сам процесс (40 открытых заседаний) о злоупотреблениях в Николаевском Кредитном обществе проходил в Одессе. С 3 февраля по 13 апреля 1915 года определяли как обвинения, так и оправдательные приговоры. Лебедеву и Полякову вернули их добрые имена, но это были запоздавшие выводы.
Главные обвинения бросили Властелице. Хотя судебные решения были довольно расплывчатыми: «вольные и невольные способы совершения преступлений». Но приговор - 4 года тюремного заключения - он получил.
Скандальные сообщения, сплетни и кривотолки остановили стройку. Слухи о следственных делах в Николаеве, продолжавшиеся несколько лет, докатились и до европейских заказчиков. Там организаторы театра заказали лучшую мебель, декорации, украшения и прочее. Полностью загруженные вагоны, дойдя до границы, были возвращены назад, в Германию.
Притихший ненадолго скандал получил продолжение в 1916 году. Поданные на пересмотр документы были приняты. Прокурор, рассматривавший дело, нашел немало слабых следственных доказательств. В сентябре Херсонский окружной суд постановил: Г. А. Властелицу освободить, он невиновен. Уже в феврале 1917 года его выпустили на свободу. Дальнейшая судьба его до сих пор неизвестна.
Неожиданное решение в этом деле вызвало новые кривотолки. Оно разделило николаевское общество на две части: одна считала Властелицу безосновательно обвиненным, другая же продолжала злословить и вспоминать его «прочие прегрешения». А заброшенное в передрязгах здание ждало хозяев. Ведь все лежало рядом: лес, строительные материалы, даже - арабески... И все для того, чтобы дать ему прочную «шапку» - крышу. Совсем недавно удалось найти несколько строчек о попытке его достройки. В 1919 году местная газета «Известия Николаевского совета рабочих и военных депутатов» (родоначальница «Південної правди») сообщала о «возбуждении ходатайства перед Совнаркомом о создании комиссии по достройке» забытого театра. В ней работали Славский, Набеков и Зак. Гридина сюда «ввели» как опытного художника. Техником назначили А. Попондупуло. Беспокойством о незаконченном архитектурном сооружении мы обязаны интересной личности в николаевской истории - на то время 39-летнему эстонцу, военному комиссару, начальнику ревштаба Я. П. Ряппо (1880 - 1958). Позже о нем будет знать вся страна - заместитель народного комиссара просвещения УССР, народный комиссар легкой промышленности. Это при нем на восстановление «здания для культуры» была подготовлена смета на 3 млн. рублей.
Но одна за другой волны революционно-военных событий снова обошли достройку Лебедевского театра. И снова, отчаявшееся вернуться к жизни недостроенное здание стояло немым упреком николаевцам...
Место этого квартала «освящено» десятками легенд, пересказов и воспоминаний. О ходах и переходах хорошо знали и взрослые, и дети. Памятны были рассказы о «людях подземелья»: бомжах, беспризорниках и уголовниках - от воров до матерых преступников. До войны весь город гудел слухами о трагической судьбе юной девушки (будто бы дочери прокурора). Ее преступники увели под город и погубили. Милиция прошла тайными подземельями от Советской до Сухого Фонтана. Сказывали, что там они обнаружили «бандитские лежбища», где содержалось солидное хозяйство, даже стадо свиней.
Перед самой войной, по рассказам матери Ю. А. Барзова, в их подвальные квартиры, высота которых достигала 3,5 м, приходили незнакомые люди. Они подробно расспрашивали о входах-выходах (а здесь их действительно было несколько), самих подземельях. Только позже все поняли: шел тщательный поиск удобных и малоизвестных мест для подполья.
Уже в первый год войны, в
1941-м, в этом квартале поселились оккупанты. Первый наземный этаж заняли румыны. На втором обустроились летчики, немецкие офицеры. Жильцам соседних кварталов запомнился румынский повар, который готовил еду для своих. О нем сохранилось несколько добрых рассказов. Он каждое утро выносил во двор обрезки. Чаще всего - большие головы бугских бычков. Его громкий крик сливался со счастливым кошачьим воем. Все понимали, на «кошко-собачье» блюдо вынесено и то, что могут есть голодные люди. Иначе он помочь николаевцам не мог. «Отбросы» были солидные, особенно спасали выброшенные части бычков - в довоенных водах они ловились довольно крупные, не умещались на руке. Их толстые хвосты свисали вниз. Не случайно их называли «бычками». Такую мелочь, какую отлавливают сегодня, рыбой не считали. Выбрасывая назад в воду, прозывали «вшами» и «блохами».
И во время оккупации здание театра не оставили в покое. Прочные стальные перекрытия (двутавры) привлекли немецких специалистов. Выдалбливать рельсы толщиной в
400 мм заставляли советских военнопленных. Раствор между кирпичами оказался настолько прочным, что ломики постоянно выбивали пучки искр. Рассказывали, что все балки вывозили в Германию.
Когда весной 1944 года фронт подходил к Николаеву, на углу Спасской и Московской немцы установили большое зенитное орудие. Во время налета советских самолетов оно непрерывно стреляло. Жильцы подвалов жили в постоянном страхе: любая авиабомба могла всех погубить.
По воспоминаниям Э. Январева, перед самым уходом немцы заминировали полуразрушенный театральный недострой. Спасли здание от взрыва советские саперы, обезвредившие опасные мины. Наступившие послевоенные годы были переполнены горем, голодом и холодом, разрухой, нищетой. Снова ожили подземелья, о многочисленных подпольных жилищах говорили все. Вечером и ночью боялись выходить. Таинственные рассказы подогревали детское любопытство. Фонариков тогда еще не было, поэтому использовали факелы-смолоскипы. Меньшенькие играли недалеко от входов, старшие норовили забраться поглубже. Популярной была игра в «войнушки». «Подземные двери», которые находились приблизительно там, где сейчас сцена и часть зрительного зала кинотеатра «Родина, притягивали. Рассказывали, что однажды особо любознательных, забравшихся поглубже, встретили «здоровые дядьки», перегородили дорогу, требуя вернуться назад. Сохранился рассказ о том, как из этих входов время от времени «люди подземных этажей» выносили детям то еду, то одежду, то кое-какую обувь. Но город их упорно называл «рассадниками преступности».
Здание Лебедевского театра все чаще стали называть Красным домом. Стояло оно без крыши, с провисшими перекладинами, которые квартальная детвора прозвала «паутиной». Внутри квартала сохранился небольшой домик - скорее всего, это было строение для прораба и его бригады еще с 1910 - 1912 годов.
Пришли 1960-е. Все чаще вездесущие мальчишки наблюдали за солдатами, которых обучали пользоваться противогазами. В подземельях Красного дома зажигали дымовые шашки - в искусственных условиях шли учения. На то время несколько милицейских облав почистили подземелья. Город оживал, повсюду были стройки, шел ремонт. Среди первоочередных задач - восстановление центральной части Николаева. Стены Красного дома ждали счастливой судьбы. Но среди первых проектов была идея: снести старый недострой. Пробовали разобрать - не поддался даже опытным строителям. Дважды (есть рассказ, что трижды) пытались взорвать. Стены не шелохнулись, а вот окна домов в соседних кварталах остались без стекол...
«Не хороните старые эпохи! Они вам еще хорошо послужат!» - советуют мудрецы. В 1958 - 1959 гг. жильцов рабочих подвальных помещений выселили. Во время управления областью А. В. Иващенко и В. С. Ведниковым над восстановлением Красного дома работала специальная группа. Шла подготовка здания для сферы культуры города. Одну часть готовили для библиотеки, вторую - для нового кинотеатра. Проекты достройки и ремонта поручили архитекторам В. И. Добровольской и Н. Л. Коган. Реализовывали задачу инженеры А.А. Добролюбова и В. И. Колесниченко.
К 16 января 1963 года в бывшем «доме из красного кирпича» появились его первые обитатели. Готовое здание, сохранив небольшую часть модерновой задумки первых хозяев, принимало горожан - сюда переехала областная библиотека. А в левом крыле разместился кинотеатр «Родина». На два больших зала, тысячу мест. С новейшей киноаппаратурой, установками для кондиционирования. Здание сохранило свои три этажа.
Но это была уже другая жизнь. Со своими совершенно другими историями...

Светлана БОЙЧУК.