Астронавты Artemis II готовятся к «самой опасной части миссии», когда корабль столкнется с температурой 2700°C при входе в атмосферу

Трудно представить себе ощущение пребывания внутри космического корабля, когда его тепловой щит выдерживает температуру 2700°C на скорости 25 000 миль в час — это необычайная поездка, которую испытают лишь немногие привилегированные люди.

Экипаж «Артемиды» слетал к Луне и обратно, но теперь им предстоит величайшая опасность всей миссии: возвращение на Землю. Трудно представить ощущение пребывания внутри крошечного аппарата размером с микроавтобус, когда его трехдюймовый тепловой щит выдерживает температуру 2700°C на скорости 25 000 миль в час. Это необычайная поездка, которую испытают лишь немногие привилегированные люди, пишет Mirror.

К тому времени, когда они войдут в атмосферу Земли ранним утром в субботу, они преодолеют более полумиллиона миль. «Артемида» приближается к земной атмосфере со скоростью, в 13 раз превышающей скорость пули. Приключение «Артемиды» захватило воображение миллионов людей дома — это самое захватывающее космическое путешествие со времен высадки на Луну в 1969 году. Но даже сами члены экипажа признают, что именно этот заключительный этап несет в себе величайшую опасность.

Виктор Гловер признался, что момент, которого он больше всего ждал, — это просто вернуться домой, чтобы снова увидеть свою семью. Американский космический гигант Lockheed Martin построил космический корабль для миссии Artemis II, который отделился от гигантской ракеты, несшей топливо для запуска 1 апреля из Космического центра имени Кеннеди во Флориде.

Внутри находился экипаж, имеющий за плечами десятилетия космических путешествий. Рид Уайзмен, 50 лет, — ветеран ВМС с 16-летним стажем астронавта, он уже провел шесть месяцев в космосе. Он всю жизнь любит летать, но на земле боится высоты.

Гловер, 49 лет, бывший пилот-испытатель, работает астронавтом 12 лет и провел в космосе шесть месяцев. Во время службы в армии позывным Виктора был IKE, что означает «Я знаю всё» (I Know Everything).

Его коллега, американка Кристина Кук, 47 лет, — инженер-электрик, которая провела один год из своих 12 лет работы астронавтом в космосе. Кристина вошла в историю, приняв участие в первом исключительно женском выходе в открытый космос во время пребывания на Международной космической станции.

Канадец Джереми Хансен, 50 лет, — пилот истребителя с 16-летним стажем астронавта, но это его первая миссия в космосе. Его товарищам по экипажу понадобится весь их опыт для финального этапа.

Модуль «Артемиды» отделится от остальной части космического корабля, и капсула развернется так, чтобы ее тепловой щит мог выдержать основной удар огненных температур, возникающих при входе в атмосферу, и держать астронавтов в безопасности внутри.

Герой теплового щита Тепловой щит, поврежденный во время первой миссии «Артемиды», будет жизненно важен. Как только космический корабль благополучно пройдет сквозь атмосферу, развернется серия парашютов, чтобы замедлить его.

На этой неделе они находились на расстоянии 252 756 миль от Земли, побив рекорд в 248 655 миль, установленный «Аполлоном-13» в 1970 году. Когда аппарат «Орион», названный «Integrity» (Целостность), находился на обратной стороне Луны, его радио- и лазерная связь с Землей была прервана.

Это означало 40 долгих минут, в течение которых у астронавтов не было контакта с NASA. После путешествия в 700 000 миль «Integrity» приблизится к земной атмосфере со скоростью, в 13 раз превышающей скорость пули, так как гравитация притягивает его. NASA полагается на тепловой щит аппарата, а затем доверяет атмосфере Земли действовать в качестве «тормоза».

Неудача при тестовом запуске Четыре члена экипажа будут защищены тепловым щитом, изготовленным из материала, известного как Avcoat, состоящего из кремнеземных волокон и эпоксидной смолы, заключенных в стеклопластиковую сотовую сетку. Щит размером 16,5 футов, построенный из 186 блоков Avcoat, предназначен для сгорания «контролируемым образом», чтобы отводить тепло при входе в атмосферу от капсулы. Но щит треснул и отломился кусками во время первого беспилотного тестового запуска.

Бывший астронавт NASA доктор Дэнни Оливас, который просматривал инцидент, признал, что это был «не тот тепловой щит, который NASA хотело бы дать астронавтам». Он был доволен тем, что более поздние изменения сделали его безопасным.

Астронавт NASA Чарли Камарда, эксперт по тепловым щитам, предупредил в январском письме к администратору агентства Джареду Айзекману: «Технические и организационные проблемы, связанные с тепловым щитом Orion, представляют серьезный риск. История показывает, что аварии происходят тогда, когда организации убеждают себя, что понимают проблемы, которых на самом деле не понимают. Эта проблема демонстрирует те же закономерности, что предшествовали прошлым катастрофам».

Перегрузки (G-force) Но экипаж Artemis II заявил, что они довольны решением. Командир миссии Рид Уайзмен сказал: «Следователи обнаружили первопричину, что было ключевым моментом. Если мы будем придерживаться новой траектории входа, то этот тепловой щит будет безопасен для полета».

Экипаж будет использовать солевые таблетки для увеличения объема крови. Это поможет им выдерживать перегрузки и предотвратить потерю сознания, так как гравитация заставляет кровь приливать к ногам. У них есть оранжевые костюмы системы выживания экипажа Orion под давлением. Под ними они будут носить специальную компрессионную одежду, чтобы поддерживать кровяное давление.

С 11 парашютами аппарат должен приземлиться в Тихом океане у Сан-Диего около 1:07 ночи в субботу. Виктор, отец четверых детей и бывший пилот-испытатель ВМС США, признал, что последний этап — самый опасный.

«Я не трачу много времени на то, чтобы нервничать или тревожиться по этому поводу», — добавил он. «Есть одна вещь, к которой я отношусь очень серьезно: чтобы моя семья была там и наблюдала за всем этим на протяжении всего времени. Они затаили дыхание. И я знаю, что только когда мы благополучно вернемся на Землю, они действительно смогут выдохнуть и успокоиться. Так что это та часть, которая заставляет меня колебаться больше всего».